Вешние воды

“Вешние воды” Тургенева — вещь одновременно светлая и жуткая. От чистой любви до превращения в секс-раба — один шаг, один взгляд, один вздох. Кто не испытывал наваждения и соблазна — подчиниться, отдаться, переложить ответственность на другого (в вариациях от “Да будет воля твоя” до “Истории О”)?

Не всякий встретит свою драгоценную Джемму, не каждому жизненный путь переползет Серпентина Полозова, но каждый хочет любить и чтобы любили его. И ради этого “кто-то” я/мы готовы на все.

Животный месмеризм и змеиная сила влекут мотылька в свой пламенный райский ад. А кончается всхлипом и всхрапом и длящейся серостью остаточной жизни, состоящей из дней и ночей, где нет ни света, ни тьмы.

ЦИТАТЫ

Казалось, век стоял бы он так за прилавком да торговал бы конфектами и оршадом, между тем как то милое существо смотрит на него из-за двери дружелюбно-насмешливыми глазами, а летнее солнце, пробиваясь сквозь мощную листву растущих перед окнами каштанов, наполняет всю комнату зеленоватым золотом полуденных лучей, полуденных теней, и сердце нежится сладкой истомой лени, беспечности и молодости — молодости первоначальной!


Она мгновенно отбросила назад через плечо свою шляпу — и устремила на него глаза, доверчивые и благодарные по-прежнему. Она ждала, что он заговорит… Но вид ее лица смутил и словно ослепил его. Теплый блеск вечернего солнца озарял ее молодую голову — и выражение этой головы было светлее и ярче самого этого блеска.


Санин и она — полюбили в первый раз; все чудеса первой любви совершались над ними. Первая любовь — та же революция: однообразно-правильный строй сложившейся жизни разбит и разрушен в одно мгновенье, молодость стоит на баррикаде, высоко вьется ее яркое знамя, и что
бы там впереди ее ни ждало — смерть или новая жизнь, — всему она шлет свой восторженный привет.


— Мама, — сказала Джемма, входя с Саниным в комнату, где сидела фрау Леноре, — я привела настоящего!


Она крепко пожала его руку своими красивыми, белыми, сильными пальцами. Ее рука была немногим меньше его руки — но гораздо теплей и глаже, и мягче, и жизненней.


Она ничего не говорила, не оглядывалась; она повелительно двигалась вперед — и он послушно и покорно следовал за нею, без искры воли в замиравшем сердце.


— Куда же ты едешь? — спрашивала она его. — В Париж — или во Франкфурт?
— Я еду туда, где будешь ты, — и буду с тобой, пока ты меня не прогонишь, — отвечал он с отчаянием и припал к рукам своей властительницы. Она высвободила их, положила их ему на голову и всеми десятью пальцами схватила его волосы. Она медленно перебирала и крутила эти безответные волосы, сама вся выпрямилась, на губах змеилось торжество — а глаза, широкие и светлые до белизны, выражали одну безжалостную тупость и сытость победы. У ястреба, который когтит пойманную птицу, такие бывают глаза.

И. С. Тургенев. Вешние воды

Оставьте комментарий

Добавить комментарий