The Blacklist

Листая фильмы и сериалы на Нетфликсе, наткнулся на The Blacklist. Начал смотреть и не оторваться. На 11-й серии глянул инфо: идёт с сентября 2013 года по сей день, 8 сезонов, 155 эпизодов — будет чем заняться долгими зимними / летними / прочими вечерами.

Напоминает, конечно, сразу много всего. Во-первых, истории, где контрастные, дополняющие друг друга партнёры, среди которых один как бы главный, а второй второстепенный, но без него не было бы и главного. От Дон Кихота с Санчей Пансой до Шерлока с Ватсоном и их современных аналогов, модификаций и переложений. Кстати, в S01E07 (“Frederick Barnes”) заглавного злодея — доктора, который устраивает химические атаки в общественных местах (как потом выясняется, с благородной целью) играет как раз доктор Вилсон (Роберт Шон Леонард), исполняющий роль доктора Ватсона при докторе Хаузе, который сам по себе — проекция Холмса. Правда, здесь партнёр как бы Холмса — женщина, как в сериале Elementary (2012–2019), где Ватсон — это Люси Лью.

Примечательно, что в “Черном списке” Холмс — одновременно и Мориарти: неуловимый международный преступник, вставший на сторону добра в лице ФБР, при этом исходя из своих собственных интересов. Такой постмодернистский ход, типа как скрестить Рипли с Чужим, хотя при чем тут постмодернизм, это стандартная структура любого творческого акта — “сближение далековатых идей”, “снятие противоположностей”, “тезис-атитезис-синтез” — как в мифе, сонете, сонате, саморазвитии Мирового Духа и вообще в чем угодно.

При этом (внимание — спойлер!) довольно скоро выясняется, что Холмс-Мориарти — настоящий (тайный) отец доктора Ватсона (при этом на наших глазах убивающий ее приемного отца, умирающего от рака — понятно, что из любви и сострадания, но заодно и для того, чтобы он не раскрыл ей тайну), что возводит синтез противоположностей в следующую степень. И заодно вписывает сериал в традицию культурных сюжетов о тайном родстве, незнании себя и иллюзорности личности с последующим самопознанием или, наоборот, окончательным погружением в ложный, но комфортный мир отказа от знания.

Редмонта Реддингтона (это который Холмс-Мориарти) все подряд фамильярно называют “Ред”. [Это слово (и цвет) преследует меня.] Элизабет Кин (которая как бы Ватсон и при этом его дочь) кажется мне пока более прямолинейной. Типичная женщина-агент — красивая, отважная, решительная, в бытовой жизни — довольно женственная и эмоциональная, но при этом немного глуповатая (другими словами — “нормальная”), как, впрочем, и положено Ватсону в сравнении с гением дедукции Холмсом и гением злодейства Мориарти.

Ещё у нее есть душка-муж — учитель в гарри-поттеровских очках, неправдоподобно заботливый и ласковый, который явно не тот, за кого себя выдает, но найденный Лиз подпольный ящик с пачками долларов, паспортами и пистолетами объяснился подставой (как и его якобы участие в заказном убийстве), и сколько Рэд ее не предупреждает, пока эта линия из серии “Мистер и Миссис Смит” не развернулась.

The Blacklist также напомнил мне один из моих любимейших сериалов Person of Interest (2011-2016). Там тоже речь о предотвращении преступлений, есть список злодеев и номера, а пара Гарольд Финч — Джон Риз — такой же симболон, как Рэд и Лиз, где части составляют целое, а целое больше составных частей. …

Начало The Blacklist — где Реддингтон приходит сдаваться в ФБР — вызывает в пямяти сцену Финчеровского Seven, в которой Джон Доу (ещё не выкинутый из профессии Кевин Спейси) тоже приходит сдаваться. Но там это ведёт к чудовищной концовке, а здесь — это открывающий эпизод длинной и увлекательной истории. …

Всё, рука, писать устала. На сегодня достаточно.

Ср.:

Оставьте комментарий

Добавить комментарий