Новая нормальность

В Краснодарском крае неизвестные похитили и подвергли пыткам координатора ростовского штаба Навального Ксению Середкину. Предположительно, к этому причастны сотрудники полиции, пишет Znak.com. На руке у активистки они вырезали букву “Н”, намекая на Навального.

О произошедшем утром 23 апреля Ксения Середкина сообщила в Twitter. Ее задержали, когда она выносила мусор. Активистку насильно увезли, после чего подвергли истязаниям. После того, как Ксению отпустили, она написала об этом в соцсети. “Меня отпустили. Иду пешком из Широчанки. Они заставляли меня глотать резиновую дубинку, – сообщила сторонница Алексея Навального. – Я отказывалась глотать резиновую дубинку. На каждый мой отказ мне делали засечку на руке. Засечек у меня много”.

Силовики избивали смм-редактора штаба Навального, выпытывая у него пароли

Дверь квартиры, где живут корреспондентка “Медиазоны” Ольга Ромашова и Александр Шепелев начали выпиливать болгаркой около 20:00 21 апреля. Перед этим в дверь громко постучали – посмотрев в глазок, Ольга увидела, что в подъезде много людей, некоторые из них в балаклавах.

Незнакомцы сказали, что в подъезде начался пожар, им нужно найти очаг возгорания, а для этого – пройти в квартиру. Во дворе действительно стояла пожарная машина. Дверь журналистка открывать сначала отказалась, и тогда мужчины пригрозили, что выпилят ее. Когда в глазке появился пожарный, заводящий болгарку, Ольга открыла дверь, пишет “Медиазона”.

Внутрь зашли около десяти мужчин – пятеро в гражданском, еще трое или четверо в форме СОБРа или других силовых структур – в бронежилетах, с оружием и в балаклавах. С ними были двое понятых, мужчина и женщина.

Силовики стали ходить по квартире, трогать предметы и фотографировать. Потом Ольгу завели в кухню, откуда ее не выпускал силовик в балаклаве. Остальные остались в комнате с Александром, и через дверь Оля слышала, как он кричит: “А-а-а!” и “Мне больно!”

Карауливший девушку полицейский говорил, что ей “кажется”, а кричит молодой человек не от боли, а потому что “он творческая личность”. Силовики требовали пароль от ноутбука и телефона – Шепелев их так и не назвал, после обыска его увезли в неизвестном направлении. Найти его удалось только утром – в Люберецком городском суде.

Встретившись с Ольгой в суде, Александр рассказал ей об истязаниях. “Помню, что мне лежачему раздвинули ноги – держали мои ноги своими ногами, на каждой стояло по сотруднику. Потом мне несколько раз ударили ногой по яйцам – несильно, но ты все равно чувствуешь себя очень незащищенным, когда тебя так держат на полу с раздвинутыми ногами. После этого меня несколько раз ударили по левому бедру – сотрудник, который бил сильнее всех, стоял слева от меня и бил по бедру, я теперь на эту ногу немного прихрамываю”, – вспоминает Шепелев.

Ему на голову положили собачью подстилку и несколько раз ударили через нее по голове. “Они наступали мне на челюсть ботинками, пока я лежал на боку – я думал, челюсть сломается, такое давление было. Самый сильный и самый болезненный удар был по ребрам слева, почти в области сердца. В какой-то момент они сказали, что я железобетонный. Все это время они требовали: “Скажи логин и пароль от канала в телеграме”. А какой-то один сотрудник стоял сзади и кудахтал: “Ну Саша, скажи им пароль, и это все прекратится”, – добавил активист.


Полицейские широко применяли силу и спецсредства. Протестующих валили на землю, били дубинками и ногами, ломали им пальцы; также силовики использовали против граждан электрошокеры. Как минимум одного из демонстрантов задержали за то, что он просто снимал задержания других протестующих. Электрошокером его ударили по пути в автозак. После удара задержанному стало плохо — шесть лет назад у него диагностировали сердечную аритмию.


«Мы испугались, начали убегать. Я потерял маму [из виду], она потом сказала, что с девушками прижалась к дому и их не стали бить. А я побежал [от ОМОНа], и это сработало как красная тряпка», — вспоминает Миров.

Миров выбежал на проезжую часть и увидел, что окружен полицией. Мужчина поднял руки и крикнул, что не собирается убегать. И попросил не бить его — попытавшись объяснить, что ему как танцору очень важно не получить травму.

«Человек шесть-восемь подбежали и, наоборот, начали бить. Четверо держали за руки и ноги, остальные били дубинками и электрошокерами. Не знаю, зачем они били по ногам электрошокерами, если и так меня держали. Я кричал как резаный. В это же время они говорили, что я устраиваю показуху и хочу внимания», — вспоминает Миров.

После этого его унесли в автозак. Танцор вспоминает, что другие задержанные в автобусе испугались за него, так как его лицо было «сплошным кровоподтеком».


Иван Остапчук рассказал «Медузе», что сообщения от задержанных «бесконечно сыпались» всю ночь. В некоторых отделах сотрудники пытались убедить активистов, что к ним не привезли протестующих — и отказывались принимать передачи. В нескольких отделах передачипринимали, но еду и воду задержанным не давали. Также их не пускали в туалет и у них отбирали телефоны.

По свидетельствам задержанных, в одном из отделов полиции сотрудники порвали паспорт одного из протестующих. В других — не пускали к задержанным адвокатов, там же протестующим угрожали уголовными делами. Кроме того, по данным «ОВД-Инфо», уже ночью как минимум в шести отделах полиции избивали задержанных и применяли к ним электрошокеры.


22 апреля действия петербургских силовиков на акции обсудили в городском законодательном собрании. Депутат-оппозиционер Максим Резник с трибунызаявил: «У меня есть вопрос: а кто вчера, какой дурак на дорогах Петербурга устроил избиение мирных граждан?.. Людей электрошокерами пытают, и парламент Петербурга делает вид, что ничего не происходит».

Спикер законодательного собрания, единоросс Вячеслав Макаров в ответ отключил Резнику микрофон и выразил поддержку силовикам. «Не будь Росгвардии, сотрудников полиции, вооруженных сил — что бы было с матушкой-Россией? Что мы тут пытаемся взывать? Мы же прекрасно понимаем, откуда и где дирижеры находятся, там, совсем за границей».

Оставьте комментарий

Добавить комментарий