Об экономическом эффекте мобилизации

Андрей Мовчан (как всегда, длинно, но по делу):

Можно я на 100500 вопросов про “экономический эффект мобилизации” и “что теперь делать” отвечу всем сразу тут?

Спасибо.

“Что теперь делать?” вопрос на мой взгляд совершенно бессмысленный, потому что единственный разумный ответ на это столь же жесток, сколь и бесполезен: “А где вы были 6 месяцев?” Если вы могли уехать и не уехали, то это же был ваш выбор, не так ли? Вы выбирали моральный компромиссище потому что вам казалось что материально это удобнее. Ну ок, теперь вы знаете, что тот, кто выбирает между моральной и материальной проблемой моральную, в итоге получает и ту и другую.

А если вы не могли уехать (а таких было много – в силу разных причин, среди основных – старые родители, отсутствие средств не на “хорошую” а вообще на какую бы то ни было жизнь за рубежом и пр.), я вам очень сочувствую (поверьте), но что изменилось в этой вашей невозможности? Может всё-таки возможность есть? Если есть – надо ехать, пока еще можно (пока еще можно, но сколько будет можно?)

Что же касается экономического эффекта, ответить на этот вопрос невозможно не зная масштабов мобилизации. Объявили 300 000, но ведь неделю назад говорили что вообще не будет, так что верить в цифры нельзя, тем более что последний раз система мобилизации тестировалась еще в 1987 году при СССР. На практике мобилизовать разом 300 000 человек из 84 регионов это огромная логистическая задача, решать которую будут (в силу страха недобора и полного отсутствия каких-либо систем кроме балансирующих друг-друга командно-административной и лоббистско-коррупционной) методом переваливания на нижестоящих заведомо завышенных планов с целью на выходе получить что-то похожее на результат, о котором можно отчитаться.

Так что первым экономическим эффектом будет дезорганизация всего и вся.

В ближайшее время большинство из 25 млн резерва (это около 35% трудовых ресурсов страны) будет думать только о том, как бы забрали не его (то есть время будет идти не на работу, а на нервное грызение ногтя, переезд на другую квартиру, где не найдут, уход с работы, на которой найдут, поиски знакомств в военкомате, получение липовых медсправок, попытки устроиться на оборонное предприятие и пр.). Большинство руководителей бизнесов страны будет озабочено не работой, а способами сохранить персонал или на худой конец найти замену потенциальным потерям. Большинство из 100 млн членов семей резервистов будут сильно хуже работать от стресса и помогать своим мужьям/братьям/сыновьям грызть ногти, переезжать, искать кому дать взятку и где купить справку.

Банки вместо нормальной кредитной работы переключатся на выработки протоколов риск-менеджмента в условиях нового параметра “подлежит ли мобилизации” и определении что делать с теми 300 000 должников, которые не будут гасить ипотеки и потребкредиты в связи с мобилизацией.

Все чиновники, так или иначе могущие повлиять на ход мобилизации, начиная с уборщиц в военкомате и кончая депутатами и членами правительства, будут озабочены максимизацией своего заработка на предоставлении льгот, отсрочек, утере личных дел и пр. Нет сомнения, что миллиарды (если не сотни миллиардов) рублей поменяют своих владельцев в эти недели, надо спешить делать деньги, всё остальное подождет.

Все чиновники, не могущие повлиять на ход мобилизации, а так же несметное количество подрядчиков и агентов, должны срочно переориентироваться на решение логистического вопроса: призывников надо куда-то селить, во что-то одевать, как-то перевозить и чем-то кормить. Даже если всё это в природе существует, это всё нужно найти, получить, упаковать, распределить, доставить, раздать, проконтролировать использование и заодно – что можно украсть, перепродать, сховать до лучших времен. 300 000 человек это не комар чихнул, а более двух стандартных призывов (в дополнение к текущему призыву, который никуда не делся); работникам РЖД теперь придется придумать как перевезти их в точно заданные направления, на каких-то перевозки в моменте вырастут в 2 раза, на каких-то в 3. На 300 000 конечно найдется всего и даже вагонов и поездов. Но для того чтобы это нашлось и было задействовано, необходимо чтобы еще 3 млн человек отвлеклись от своих дел на недели или месяцы и занялись мобилизованными. А ведь их будет не 300 000 (но об этом потом).

Авиакомпаниям надо срочно решать вопрос безопасности: в их штате немало бывших военных летчиков, которые будут в ближайшие недели пилотировать гражданские самолеты, параллельно размышляя, что сказать жене перед отправкой на фронт, где по последней статистике шанс быть сбитым за полгода у них примерно 30-50%. С таким психологическим состоянием можно запросто ошибиться в пилотировании.

Еще до всякой мобилизации российская экономика лишится в ближайшие недели едва ли не такого же количества работников, как в конце февраля – марте – апреле. Судя по очередям на границах и ценам на билеты многие мужчины России внезапно захотели повидать мир. А через несколько недель такая же волна повторится – это поедут жены, дети, а иногда и родители уехавших от мобилизации. И если на 500 000 уехавших в начале года кое-кто мог смотреть свысока как на “пожирателей смузи, либералов, которые экономической пользы не приносили, а только смуту учиняли” (правда там было немало IT-шников, но для кое-кого они тоже пользы не приносят, а только клавиши давят), то сегодня уезжают молодые мужчины отслужившие в армии и имеющие ВУС, и скорее всего занятые в существенно более “земных” профессиях. Вместе с “весенним исходом” это будет уже миллион человек, полтора процента трудовых ресурсов, среди них будут преобладать обладатели конвертируемых профессий, специалисты, менеджеры – все, кого и так очень не хватает.

Как я уже сказал, мобилизация будет идти путем спускания сверху вниз завышенных планов (в качестве реакции на ожидаемое их недовыполнение). В итоге вполне возможно низовое звено просто организует тотальную мобилизацию на фоне массового уклонения: 30% трудовых ресурсов вместо работы будут бегать от военкомов, еще 60% будет им в этом помогать или просто сочувствовать, а военкомы будут ловить всех подряд и мобилизовывать и в итоге мобилизуют сильно больше 300 000. Во-первых, надо же план перевыполнять. Во-вторых, мобилизовывать будут тех, кто не дал взятку, а значит надо предельно расширить список мобилизуемых чтобы максимизировать количество полученных взяток; поскольку процесс необратим, надо послать повестки всем, до кого можно дотянуться, и если в итоге мобилизованных будет не 300 000 а 3 млн, то так тому и быть, сами виноваты что взятку не дали.

Дальнейшее на самом деле зависит от того, сколько человек мобилизуют, причем мои рассуждения о сильном превышении плана могут оказаться и совершенно ошибочными. Дача взятки будет повсеместным явлением – любая полученная сумма выше нуля будет для военкома прибылью, поскольку рыночная цена не будет публичной и военкомы будут идеально дифференцировать цену в зависимости от состоятельности “клиента”. А раз так, то почти все смогут дать взятку, и возможно в итоге новые клиенты арабских частных банков будут разводя руками рапортовать вышестоящему начальству (которое к тому времени станет клиентами тех же банков но более престижных отделов) что в реальности резерва не набирается даже и на 200 000, не то что на 300.

Если призовут много, то к вышеперечисленным проблемам добавятся нарушения в работе множественных предприятий из-за отсутствия кадров, а логистические проблемы мобилизации станут иметь форму логистического коллапса. Если призовут мало, то вышеперечисленные проблемы останутся, но не дополнятся проблемами существенного отсутствия персонала (сверх уехавших) и коллапса мобилизационной логистики.

Отдельно конечно хочется написать про вопросы собственно “военные”. Дяденьки из Кремля – где вы на 300 000 призывников возьмете новый офицерский состав (хотя бы 30 000 человек, на самом деле нужно 30 000 + 10 000 + 2500 + 250 + 25 + 5 = что-то около 42 800 офицеров? Я понимаю, что можно считать лейтенантом выпускника военной кафедры 2010 года выпуска (считать можно, но никакой он не лейтенант, вы же сами понимаете), но где взять капитанов, майоров, полковников? Вам же эти 300 000 человек, не желающих воевать и ничего не знающих про войну (служба в армии 10 лет назад, посвященная окраске травы и выравниванию коек, не считается) надо чему-то научить? Когда? Кто учить будет? Где? Сколько патронов им надо расстрелять прежде чем АК перестанет выпадать из рук? Как вы будете поддерживать дисциплину – где возьмете столько “красначей”? Ну да ладно, не мое это дело.

Оставьте комментарий